«Я пройду этот путь с вами вместе. Начнем прямо сейчас». Разговор с врачом, который лечит рак

Рак остается одним из самых страшных диагнозов, хотя подходы к его лечению за последние годы стали значительно точнее и эффективнее.

Почему пациенты по-прежнему боятся лечения, как врачу говорить о болезни честно и что сегодня действительно умеет медицина? Отвечает Магомед Сулиманов — врач-онколог, химиотерапевт «СМ-Клиника», который однажды выбрал эту профессию по личным причинам и с тех пор помогает людям проходить один из самых сложных этапов в жизни.

Почему вы остановили свой выбор именно на онкологии — одной из самых эмоционально тяжелых специальностей?

Когда я был подростком, мой дядя заболел раком. А я родом из традиционной чеченской семьи, поэтому дядя, как и другие близкие родственники-мужчины, вызывал у меня бесконечное уважение и стремление ему подражать.

Мне было больно смотреть, как дядя сражается с болезнью, а врачи не в силах ему помочь. И тогда я решил, что не просто выучусь на онколога, чтобы побеждать рак или хотя бы пытаться его победить, но и постараюсь не выгореть в профессии, сделать все, чтобы остаться человечным и искренним. Так что, поступив в медуниверситет, я уже точно знал, чем буду заниматься по его окончании.

Что удерживает вас в этой профессии каждый день?

Каждый день я вижу результаты своей работы. Среди них есть и неудачные, не буду кривить душой, но такова специфика этой профессии. Зато многих пациентов я вылечиваю или хотя бы продлеваю им жизнь — причем, бывает и так, что от некоторых отказались врачи в других клиниках, перевели на паллиатив, выписали домой «в никуда». Я понимаю, что это неправильно, что им можно помочь. И стараюсь помочь.

Помните ли вы своего первого пациента? Когда и где вы его лечили?

Это была пациентка в саратовском онкоцентре, с опухолью яичников, распространенный процесс — то есть опухоль уже вышла за пределы органа. Я был ее первым доктором. Кстати, эта женщина жива — когда я переехал работать в Москву, она через некоторое время приехала ко мне, я ее лечил уже здесь.

С какими страхами чаще всего приходят пациенты и что из этого оказывается мифом?

Тут все очевидно: многие пациенты не верят в успех, считая, что рак — это приговор. Еще есть сильный страх химиотерапии, точнее, ее побочных эффектов вроде выпадения волос, тошноты и так далее. Редко, но бывают и такие, кто вообще не готов лечиться — диагноз поставили, а дальше «как будет». Все это мифы, с которыми я борюсь.

Как объяснить диагноз и план лечения, чтобы не напугать, но и не обнадежить сверх меры?

Моя формула: «Мы с вами — взрослые люди и понимаем, что в онкологии не бывает стопроцентной гарантии успеха». Поэтому сказать: «Я вылечу вас, гарантирую», — было бы слишком самонадеянно. Некорректно. Правильнее так: «Мы постараемся, и я пройду этот путь с вами вместе. Начнем прямо сейчас».

Добавлю, что в онкологии есть ситуации, когда мы почти уверены в будущем успехе. Допустим, я сталкиваюсь с раком молочной железы, нераспространенная стадия. Там шансы на излечение — примерно 95-97%. К тому же, индивидуальный подход, разработка тактики лечения для каждого пациента тоже делает свое дело, работает на положительный результат. Есть ситуации, в которых не все так радужно, но бороться нужно в любом случае. И если пациент не готов, он уходит в другую клинику, куда-нибудь еще.  Вместе с тем, кто остается и доверяет мне, мы начинаем бороться с первых же минут нашего общения.

Как изменилось лечение за последние годы? Что сегодня возможно такого, чего раньше не было?

Онкология шагнула вперед, мне кажется, это самая динамично развивающаяся отрасль в медицине. Мы исследуем геном, занимаемся биологией опухоли, точечно воздействуем на опухолевые клетки, ищем причины развития рака, применяем новые варианты иммунотерапии, в практику внедряются вакцины от рака, таргетная терапия, новые (и более щадящие, чем раньше) препараты химиотерапии. Это уже персонализированная онкология.

Что вас больше всего воодушевляет из происходящего в онкологии прямо сейчас?

Честно скажу: больше всего воодушевляет именно персонализированная онкология, ее возможности. Я точечно подбираю терапию под конкретную опухоль, и эта терапия действует предельно эффективно.

И в завершение: что вы говорите пациенту, которому только что поставили онкологический диагноз, первое и самое важное?

Я говорю примерно так: «Да, у вас — онкологическое заболевание. Но мы живем в современном мире, где есть все возможности лечить рак, вот статистика — она не всегда одинакова — при вашем заболевании вот такая. Однако возможности современной онкологии невероятны. И мы их используем. Главное — вы доверяете мне, а я веду вас по этому пути».

Реклама
ООО «СМ-МЕДИКА»
ИНН: 7709244970
erid: 2W5zFJHe2im