Джордж Мартин, живущий не в Вестеросе

Теодор Седин
Ноябрь 26, 2015
10.9k
2
Герои
в избранное

[bro_citation_img src=»https://brodude.ru/wp-content/uploads/2015/11/brodude.ru_26.11.2015_Vn2LzGh1mc4a3.jpg» ]Писателей существует великое множество, я люблю приводить аналогию с архитекторами и садовниками.
Есть писатели-архитекторы, они все-все планируют, все-все намечают, и до того, как будет вбит первый гвоздь, они знают, на что будет похож дом, где будет гардеробная, где будут проложены трубы, и все это архитектор запечатлеет на доске задолго до какой бы то ни было работы.
И садовники, что выкапывают ямку и закладывают в нее семечко, поливают своей кровью и наблюдают за тем, что же вырастет, какую бы форму оно ни приняло. Они знают, какое семя они взращивают – дуб или вяз, страшилку или научную фантастику, но они не знают, насколько большим оно вырастет или какую форму примет.
Я в большей степени садовник, нежели архитектор.[/bro_citation_img]

Эта история началась задолго до того, как Эйгон Таргагриен с тремя драконами, вторгся в королевство андалов, вандалов и первых людей. Даже до того, как Дети Леса, вкусив волшебных трав, продав квартиры и своих детей, вошли в единение с природой. Тогда, в 1948 году, весь мир сходил только по одному единственному вымышленному миру – по коммунизму, где все равны и всем хорошо. Лидеры соцстран каждый раз откладывали его приход, и теперь вряд ли Коля Герасимов из «Гостьи из будущего» прилетит в 2084 году в этот самый коммунизм, скорее, в очередную антиутопию.

Хотя к тому моменту Джон Толкиен написал первые два тома «Властелина колец», но ещё не опубликовал. Выдуманный мир, в который до сих пор, через Серую Гавань мечтают попасть ролевики. Людям всегда хотелось убежать подальше от гнетущей и однообразной реальности. Наверное, поэтому были созданы Нарния, Средиземье и хогвартс, ведь там, где волшебство, толика детства, а значит лучше. Только создать такой мир получается не у всех. У нашего героя получилось, не зря ведь его именуют не иначе как «Американским Толкиеном». Его мир поражает размахом и детальностью. Но если «Песнь льда и пламени» читали многие, а сериал «Игра престолов» смотрели больше, чем многие, то про самого автора знают мало, что, на наш взгляд, недопустимо. А как можно обделить вниманием человека, создавшего фэнтезийный мир со шлюхами, инцестом, убийствами, матюками и голыми сиськами? Непростительная глупость.

Как уже упоминалось, свет увидел Мартина в 1948 году в Байонне штат Нью-Джерси (а не в Дорне или Винтерфелле, как думали многие), уже с бородой и в кепке. Виновник торжества – его отец Раймонд Коллинз Мартин, ревностный католик и заядлый грузчик явно представить себе не мог, что в будущем сын, опора и надежда семьи, станет законченным агностиком, а зарабатывать на жизнь будет презренным творчеством, а не честным трудом. В его понимании писательство – это даже не профессия. Что-то из разряда: «Свои истории сочиняй по ночам, а днём, будь добр, занимайся делом». А ведь любовь к сочинительству у молодого Джорджа была уже тогда. Мартин сочинял и записывал остросюжетные истории и продавал их своим приятелям, а на вырученные деньги покупал сладости, которые и сформировали очертания его фигуры, сохранившиеся до наших дней. Это было неплохое подспорье, так как семья была бедной, а помимо Джорджа в семье было ещё два чада – младшие сёстры писателя. А всё от любви к чтению. Страсть к литературе привилась у него с детства. Сначала он читал лишь комиксы, а в 10 лет Мартин получает в подарок на день рождения свою первую настоящую книгу – «Имею скафандр – готов путешествовать» Роберта Хайнлайна. С тех пор он начинает отказываться от комиксов в пользу книги, предпочитая поначалу именно фантастику. Спустя несколько лет он прочтет Говарда Лавкрафта, и Хайнлайн, Толкиен и Лавкрафт надолго останутся его любимыми писателями. Мартин нередко говорил: «Мы пишем то, что читаем». Собственно, поэтому в его произведениях есть адекватный микс из фэнтези и ужасов. Но самым ярким литературным потрясением всё же стал Толкиен.

Когда я читал Говарда, то думал: настанет день, и я смогу писать не хуже, чем он. Но над страницами романа Толкиена я впал в отчаяние. Никогда не сумею сделать, как он, даже приблизиться не сумею! И хотя я много лет писал фэнтези, мои книги по стилю оставались гораздо ближе к Говарду, чем к Толкиену.

Примерно в это время он пишет рассказ о принце-изгнаннике Рхлоре, который отправляется в Дотракийскую империю, чтобы одолеть демонов, убивших его деда Барристана Отважного. Знакомые имена, не так ли? Они всплывут позже. Мартин всегда говорил: «В своей прозе, как и в реальной жизни, я никогда ничего не выбрасываю».

А меж тем Мартин взрослел, мужал. А куда идёт взрослый американский мальчик, увлекающийся писательством? Сначала, разумеется, в университет, где он выучился на бакалавра и магистра журналистики. А потом? Конечно, в армию, тем более как раз в самом разгаре была Вьетнамская война. Но Мартину погибать не хотелось, прикрываясь глубоко пацифистскими убеждениями, он прошёл альтернативную службу. Именно в этот период Мартина впервые опубликовали в настоящем журнале. Среди множества рассказов, присылаемых в «Galaxy Science Fiction», редактор Гарднер Дозуа наталкивается на «Героя» и рекомендует его главному редактору журнала. В итоге в февральском «Galaxy» за 1971 г. выходит первый рассказ из цикла «Тысяча миров», развивая который Мартин через несколько лет напишет свой первый роман и множество рассказов. Это была настоящая победа, ведь все предыдущие попытки опубликоваться приводили к вежливым, а иногда не очень отказам. Мартина вообще считали не особо талантливым. Ни сокурсники, которые терпеть не могли его рассказы, ни редакторы. Он пытался выехать на публикации фэнзинов и даже написал один более-менее популярный, но что такое фэнзин, и что такое литературный журнал – всё равно что сравнивать Стену Цоя и Стену Плача. Совсем недавно он получил 42 отказа за один рассказ, а теперь публикуется – это был триумф.

Вместе с писательницей Лизой Татл в 1973-1974 он работает над совместной повестью «Шторм в Гавани Ветров» (1975), которая позже была переработана в роман «Гавань Ветров» (1981). Писательский дуэт планировал еще два совместных романа, но не сложилось.

Когда мы писали книги, то придумали карлика – правителя одного из островов. Он должен был быть самым безобразным человеком в мире, но и самым умным тоже. Эта идея надолго засела у меня в голове и сразу вспомнилась, когда я начал писать «Игру престолов». Так что это и был Тирион Ланнистер.

В 1975 Мартин получает первую значимую премию, премию Хьюго за повесть «Песнь о Лии». Наконец-то триумф. Известным писателем он пока не стал, но его рассказы регулярно номинируются на различные премии в жанре фэнтези (и нередко побеждают).
Собственно, на написание крупных форм у Мартина банально не хватает времени. Писательство по-прежнему оставалось забавой. Он трудился то устроителем шахматных турниров, то устроился на работу в женский католический колледж преподавателем журналистики (хитрец). Он также преподавал литературу на кафедре английского языка и вел курс по научной фантастике. Но времени на сочинительство катастрофически не хватало. Разве что на каникулах. Да и вообще жизнь не ладилась. Особенно личная. В начале 70-х он представлял из себя типичного обиженного женщинами неженку и после череды «несчастных амуров» написал, как водится, свой первый роман – «Умирающий свет». Глупцы тешат амурное горе лезвием бритвы, нормальные люди – вдумчивым онанизмом, а сугубо творческие – творчеством же и тешат.
В 75-м он женится, чтобы развестись в 79-м. Как говорится, хорошее дело браком не назовут, и Мартин охарактеризовал свой семейный опыт следующими меткими словами (писатель всё-таки):

Свадьба была прекрасная, брак – не очень.

И, как обычно, к важным жизненным решениям нас подталкивает трагедия. Так произошло и с Мартином. Посвятить себя целиком и полностью делу жизни его вынудила трагическая смерть его друга Тома Рими в конце 1977 года.

Том умер от сердечного приступа всего через несколько месяцев после получения награды (премии Джона Кэмпбелла лучшему новому писателю) – его нашли навалившимся на печатную машинку, на которой он успел набрать 7 страниц нового произведения. Неожиданно, смерть Тома глубоко потрясла меня. Я не хотел умереть через 10 или 20 лет и сокрушаться перед смертью, что так и не рассказал все истории, которые собирался.

Его ничто не держало. С женой они были в разводе, с работы он уволился. Небольшую популярность в узких кругах он всё же имел, так что шансы на успех были. Он осел в Санта-Фе, где близко сошёлся с ещё одним легендарным фантастом – Роджером Желязны, который начал таскать толстяка по светским аутам и знакомить с редакторами и издателями, вечерами дописывая свои не менее культовые фантазии про «Город Эмбер». Мартин до сих пор признателен Желязны за поддержку, и как только речь заходит о нём, из уст Мартина начинают сыпаться такие похвалы и добрые слова, которые не услышишь из уст его пронырливого героя – Мизинца. Только похвалы действительно искренние.

Я ни разу не пожалел о своем решении переехать и больше не пишу грустные истории о неразделенной любви, как это было в 70-х. Об этом можно писать, лишь когда ваше сердце разбито.

Собственно, так Мартин и стал Мартином. Его литература обрела привычный колкий реалистичный язык, которым написаны его произведения. А плаксивые романы для грустных мальчиков и правда остались в прошлом. Жизнь наладилась в 80-х, как карьера Дэвида Боуи. Он женился во второй раз, вернее, зарегистрировали свои отношения они лишь в 2011, прожив 30 лет вместе. Но браки ведь совершаются на небесах.

В 1980 году громогласный триумф – Мартин получает две премии Хьюго сразу.

Я очень хорошо помню этот вечер в Бостоне. Я выиграл премию за «Путь креста и дракона» как за лучший короткий рассказ и только сел обратно, как объявили, что я выиграл еще одну – за повесть «Песчаные короли». Это впечатление, которого удостоились немногие, и вряд ли оно повторится. Это был один из самых захватывающих моментов моей жизни.

Далее карьера шла как по накатанной. В 1983 вышел роман «Грёзы Февра», который, по мнению сведущих умов, можно считать одним из лучших рассказов про вампиров. Правда, вышел амбициозный роман «The Armageddon Rag», который едва не погубил его карьеру. Попытка эксперимента провалилась, а редакторы даже начали подозревать, что Мартин скатился. Издатели просто отказались публиковать очередной роман Мартина, а когда писатель не пишет, он плохо кушает.
И в тот самый момент, когда запахло провалом, на арене появляется продюсер, который выкупает права на экранизацию романа, но, увы, фильм так и не был снят. Впрочем, Мартин обрел друга, который позже пригласил его в Голливуд.

Я не мог опубликовать больше ни одной книги, никто не хотел покупать следующий роман, который я написал бы: одна дверь передо мной закрылась, а другая открылась – в Голливуд. Так я и стал автором сценариев.

Сценарии – это та часть жизни Мартина, которой уделяется совсем немного внимания. А ведь именно написание сценариев окончательно набило его руку уверенностью и научило его маленькому секрету – как писать сценарий, который покорит всех, что пригодилось ему в дальнейшем.
Бородач трудился над культовой «Сумеречной зоной», и одним из первых написанных Мартином эпизодов становится экранизация рассказа Роджера Желязны «Последний защитник Камелота». С 1987 г. участвует в развитии невероятно популярного сериала того времени – «Красавица и чудовище», а еще через год становится продюсером и одним из сценаристов этого проекта. Все замерли дыхание и готовились к появлению Мартина-продюсера. Но его сериал «Порталы» полностью провалился, и обиженный Мартин задумал открыть ящик с черновиками да вернуться в большое писательство. Кстати, даже спустя года сериал просто невозможно смотреть.

Разочарованный в Голливуде, наш герой решает основательно взяться за цикл «Тысяча миров», который писал в свободное время. Но вместо фантастической ахинеи про мифических существ с примесью триллера, на свет вышло то, что после назовётся «Песнью льда и пламени». Это был 1993 год. Первая книга была опубликована в 1996. С этого времени в меру известный писатель становится живым божеством. Что было дальше – мы знаем все. Мартин одновременно трудится над телеверсией, которая слегка отличается от книги. Может, поэтому персонажи в фильме адекватно стареют?

Кстати, это не единственное дело Мартина. Со своими друзьями-писателями в Санта-Фе он чрезвычайно увлекается настольными и ролевыми играми, а любимая игра – «Супермир» о любимых Мартином супергероях:

Почти половина игроков из нашей группы были профессиональными писателями, так что они создавали великолепно проработанных персонажей, и я, как Мастер игры, создавал больше героев, чем кто-либо другой. Мы полтора года играли в эту игру, вкладывая в неё весь наш творческий потенциал.

Позднее было решено, что идеи игры могли бы стать основой для цикла книг; Мартин привлек других знакомых писателей, и в период с 1987 по 1995 гг. появились 15 томов серии «Дикие карты». Мартин выступал как редактор и изредка писал собственные истории. Большую часть времени он был занят работой в Голливуде, и «Дикие карты» – единственное, что издавалось за это время под его именем.
Другая страсть писателя – клуб «Нью-Йорк Джайантс», ради которого он готов воскресить всех убиенных персонажей. Кстати, некоторых своих персонажей он называл в честь игроков любимого клуба. Например, великан Вун-Вун – это отсылка к Филу Симмсу, куотербэку клуба New York Giants, болельщиком которого является Мартин. Симмс носит закрепленный номер 11 – его можно прочитать как «один-один», one-one, что созвучно с wun wun; Giants и есть «великаны».

Сейчас мир с замиранием сердца ждёт следующий сезон сериала и выхода новых книг. Народ запутан, особенно те, кто сравнивает книгу с сериалом. И что самое обидное – тревожный ропот о том, что «Мартин скатился» крепнет всё сильнее. Но на самом деле это не сюжет скатывался в зловонные тартарары, просто мы присытились Старками и прочими действующими лицами. Потому мы пожелаем ему удачи, хотя прекрасно знаем, что он не пишет ни строчки, а играется с миниатюрами средневековых рыцарей, которых коллекционирует, забавляется с любимыми котятами и примеряет свои бесчисленные кепки. И вот, что говорит сам Мартин об этом ожидании:

Мои издатели, HBO и читатели хотят следующую книгу. Но никто не хочет ее сильнее, чем я. Когда я сгибаюсь под этим давлением, я напоминаю себе, что судить обо мне будут по книгам. Если их будут читать через лет 50, никто не будет говорить, что достоинством книги является то, что она вышла в срок. Будут оценивать содержание.

А мы и не спорим. Просто 67 лет – возраст нешуточный, хотелось бы застать логический конец серии.

Мартин – это писатель. В интервью он говорит развёрнуто и витиевато, как подобает писателю. Он самый настоящий литератор. А ещё поговаривают, что он очень хороший парень, которого раздражает его слава. Особенно сэлфи с поклонниками.

Если б я только мог, хлопнув в ладоши, сжечь все камеры в телефонах во всем мире, клянусь, я бы сделал это!

Его мир, где персонажи гадят и воняют, любят и предают, с форменным лавкрафтовским демонизмом сделал его узнаваемым. Хотя многие считают книгу крайне нудной. Многие скажут, что слава добыта сериалом, хотя не была бы популярна книга – никто не экранизировал бы его. В любом случае сценарий сериала пишет сам автор, так что всемирное зомбирование Тирионом Ланнистером и Белыми Ходоками вдвойне на совести автора. Толкиеном он не стал, их и сравнивать нельзя. Но, думается, прочесть его старые романы было бы делом крайне полезным. Во всяком случае, старику будет приятно.