Секс, выживание, еда и ещё раз секс

Иван Калягин
Ноябрь 03, 2015
13.5k
1
Наука
в избранное

В течение миллионов лет статус имел жизненно важное значение для выживания и размножения у всех животных, не обошло это дело и наших доисторических предков. И хотя сейчас социальный статус не играет прямой и конкретной роли в выживании для людей, но наши повадки живут. Это проявляется по-разному. Например, ты фигово себя чувствуешь, когда кто-то игнорирует твои текстовые сообщения, верно? Или, допустим, назовут тебя трусом, да ещё и по причине – наверняка это тебя расстроит, каким бы ты каменным не был. Хотя подумай о том, что ещё несколько веков назад склонные к риску мужики были тупиковой ветвью для человека, ведь их смертность была гораздо выше.

BroDude, как ты понял, решил посмотреть на природу статуса с необычной, биологической стороны.

Где прослеживается связь между нами и животным? Как наше, казалось бы, привычное поведение помогало увеличить шанс удачного размножения и выживания? Достаточно сложные и интересные вопросы. И хотя нет сомнений в том, что люди являются уникальным видом, но что-то нам подсказывает, что параллели между нашим поведением и поведением других существ наглядно демонстрируют нам, что статус – это не просто культурный конструкт.

Статус и выживание

Иерархия встречается в царстве животных повсеместно. Есть даже такая забавная штука, которая называется «порядок клевания». Когда группа кур проживает вместе, они начинают клевать друг друга на основе статуса. Альфа-курица клюёт бета-курицу, бета-курица клюёт гамма-курицу, а гамма будет клевать дельту. Ну, ты понял. Но курицы не одиноки в подобном поведении. Если ящерицам не хватает места для свободного расселения и размножения, то они тоже, как правило, начинают устанавливать иерархию. Когда речь заходит о более развитых млекопитающих, к примеру, крысах, обезьянах и людях, то ты начинаешь видеть гораздо более сложные и динамические структуры статуса.

Тем не менее независимо от размера и сложности этих систем, все они имеют одно сходство. Всё решает распределение ресурсов. Животные наверху получают больше пищи, а животные на дне – меньше. Следовательно, лучшее место для выживания – это где-то на вершине, ведь там более широкий доступ к пище.

Понаблюдать за динамикой статусных отношений можно и на примере новорожденных млекопитающих. Например, возьмём свиней. Наиболее продуктивные соски свиноматки – те, которые предлагают наиболее богатое питательными вещества молоко. Обычно такие соски располагаются ближе к голове. Соски, которые располагаются внизу, производят гораздо меньше молока, к тому же, оно получается более водянистое. Таким образом, первая неделя жизни свиньи проходят в ежедневной борьбе с братьями и сестрами, чтобы добраться до самого лучшего соска. Иерархия среди этих свиней устанавливается с поразительной быстротой. И чтобы изменить её, необходимо провести много боев. При этом сама мать свиней даёт равную возможность своим отпрыскам. Равные шансы, свободный рынок, так сказать. Естественный отбор.

Животные, которые только начинают жить самостоятельно, немного отвыкают от борьбы за статус. Но как только появляется сосед того же вида, всё резко меняется. Большие «доминаторы» получаются всё, а мелкие – лишь крошки с барского стола, либо смерть.

Причём статус определяет не только распределение продовольствия, но и то, где животное может находиться в пределах своего сообщества, где может стоять, а где сидеть. И само место физического пребывания имеет огромное последствие для выживания. Например, коснемся стадных животных, таких как коровы: находясь на периферии стада, корова рискует попасть в лапы хищникам, а стоя посередине, имеет отличный периметр защиты. Угадай, какая корова может попасть в центр? Конечно, только доминирующая.

Таким образом, доминирование способствует выживанию, вознаграждая «альфачей» едой, женщинами, безопасностью. Как и человек, животные получат «призы», когда их статус выше. Плюс ко всему доминирование подкрепляется активным выпуском серотонина и тестостерона, что определенно идёт только на пользу.

Несправедливо, но работает

Подобное имеет смысл, ведь доминирующим необходимо расположение других. Они получают пищу и подруг выше нормы, стоят в самых безопасных местах. Так почему животные низкого статуса всё равно идут вместе с ними? Что из себя представляют покорные животные?

Для нас, современных чуваков, подобное поведения оценивалось как судьба пассивного неудачника. Но в естественном мире животных всё гораздо сложнее в этом плане. Нужно понимать, кто и когда является преимуществом для выживания. Если бы слабые животные решили бороться больше и требовать для себя лучшую еду, чем у сильного, то, скорее всего, оказались бы рано или поздно мертвыми.
Это нехорошо для выживания.

Поэтому слабые смирились со своим местом в иерархии. Они не могут претендовать на лучшую еду, у них не так много возможностей для размножения, им приходится сидеть на задних боковых местах в кинотеатре, но они по-прежнему получают выгоду от того, что являются частью группы, ведь, если ты «омега», твоё знакомство с опасным миром в одиночку ни к чему хорошему не приведет.

Природа подавляет мятежный импульс животного и вызывает пассивность, снижая уровень серотонина и тестостерона. Звучит это грустно, но подобное положение дел помогает продолжить жизнь и передать свою ДНК.

Такая рабская система помогает и доминирующим животным. И не только потому, что они получают больше ресурсов, но и потому, что, вместо того чтобы бороться между соплеменниками, доминирующие животные начинают проявлять бдительность, их внимание обращено на внешние опасности.

Всё это позволяет жить в той системе, где происходит наименьшее число внутренних конфликтов. Если слишком много начальников, то ни одно общество не может функционировать правильно, если слишком мало воинов – та же история. Когда есть иерархия, то каждое животное знает своё место и ему будет проще ужиться с другими. Если говорить о животных с куриными мозгами, то доминирование серьёзно врезается в разум. То есть если убить «высшую курицу», то иерархия кур останется на своём месте, не будет никакого восстания пролетариата кур.

Однако если говорить о высших животных, таких как обезьяны, то иерархия статуса подвержена частым колебаниям. Например, приматологи заметили, что среди шимпанзе есть, грубо говоря, гражданские войны. В них шимпанзе низкого статуса объединяются для того, чтобы насильно узурпировать власть альфа-самца. После того, как новый альфа-самец займет место старого, последний начнет показывать признаки покорности.

Статус и секс

Статус способствует выживанию, давая доминирующим животным больше безопасности и пищи, одновременно снижая внутренние конфликты. Аутсайдеры также нашли выгоду в таких отношениях: благодаря коллективу они имеют гораздо больший шанс выжить, чем без него.

Но, кроме выживания, статус играет важную роль и в размножении. Ставки особенно высоки для мужчин. Если говорить о животных, то в большинстве видов всего несколько самцов среди группы имеют возможность продолжить потомство. Как правило, это альфа-самцы. Было, например, одно исследование львиных прайдов в течение нескольких лет. Так вот, ученые обнаружили, что в некоторых прайдах альфа-самцы были ответственны за 90% беременностей. Ниже 50% эта отметка не опускалась.

Слоны вообще являются ярким примером этого явления, да и приматы тоже. Одну колонию шимпанзе держала группа альфа-самцов, которая была ответственна за 36% всего потомства, ряд доминантных самцов породил ещё 14%, то есть в совокупности полколонии обезьян самок принадлежало совсем небольшой группе альфачей.

Такого же рода дисбаланс существует и среди людей. Большинство культур приняли моногамию как норму, но в далеком прошлом именно многоженство было нормой. А мужчина, обладающий большим статусом в племени, имел все возможности к размножению. На самом деле антропологи и биологи-эволюционисты считают, что только 33% наших предков были мужчинами.

Инвестируй в спаривание

Биологи-эволюционисты отметили, что самки инвестируют в воспитание, а самцы в спаривание.

Подобное расхождение в родительском участии не просто признак мужского эгоизма, это природа – так и говори своей подруге. Яйцеклетка гораздо больше, чем сперматозоид, ты это помнишь ещё с начальных классов. Причина этого заключается в том, что, помимо хромосомной информации, яйцеклетка также содержит встроенный материал, необходимый для формирования зиготы. Там, грубо говоря, питательные вещества и энергия. Женщины, к тому же, производят яйцеклетки довольно редко. Например, твоя подруга сможет произвести от 300 до 500 яйцеклеток в течение всей жизни. А вот у тебя будет около 525 млрд единиц спермы. Кроме генетического материала, в тебе ничего толком нет. Только хромосомы и митохондрии, чтобы привести твою ДНК в движение. Можно сказать, что твой вклад можно покупать оптом, поэтому он не такой «драгоценный», как то, что есть у самок. В итоге подруги инвестируют больше в уже оплодотворенный эмбрион, следовательно в воспитание.

После зачатия расхождение в родительских инвестициях между мужчинами и женщинами начинает расширяться ещё больше. Работа самца, по существу, заканчивается на самом сексе. Семя передано, дальше вступает в дело самка. Пока растет плод, тело самки расходует много энергии, поэтому после рождения мать должна продолжить инвестировать в себя и свой организм.

Интерес женщины заключается в том, чтобы самцы были здоровыми и дали нормальное потомство. Им мало спариваться с посредственностью, им нужны лучшие из лучших. Конечно, им важны не только качественные гены, но и защита, а также ресурсы. Допустим, если ты самка шимпанзе, то тебе нужен альфа-самец, который обеспечит тебе больший доступ к пищи и потомство.

А самцам, напротив, все это не нужно. В их интересах раздать свой генетический материал максимально широкому кругу самок. Впрочем, самцы конкурируют с другими самцами за отборных самок, ведь нам тоже нужны генетически здоровые дамы. Мужчины заботятся о качестве и количестве, с большим акцентом на последнем.

В общем, самки разборчивы в партнерах, самцы ни черта не разборчивы. Всё это приводит к конкуренции, когда самкам нужен самый здоровый самец, а самцам нужны все самки. Почти каждая женщина забеременеет в какой-то момент, а вот мужик может прийти к генетическому тупику.

Подобное стремление к сексу объясняет многие из черт, которые мы ассоциируем с собой. Мы имеем в виду риск, физическую силу, тяжелые физические нагрузки. Некоторые подруги подумают, что нам это ничего не стоит, но на самом деле всё это затратное в плане энергии удовольствие. К примеру, возьмём павлина. У него есть перья и шлейф, на который было потрачена уйма питательных веществ. Гигантское оперение делает павлинов более заметными для хищников. Если бы выживание являлось главной целью павлина, он бы отказался от кричащего эстетикой хвоста. Но из-за женщин приходится оставить. Если у павлина большой и яркий хвост, то всё с ним в порядке. Рога оленя или лося являются подобным примером. Как правило, самки выбирают самцов с более крупными рогами, но рога требуют много пищи для роста, и если они будут слишком большими, это уменьшит подвижность, то есть мужик-олень много теряет из-за рогов, но он готов рискнуть и заплатить эту цену, чтобы передать свои гены.

Мы же, как правило, гораздо крупнее и сильнее женщин. Мышечная масса требует много калорий для роста. Более того, повышение уровня тестостерона, который необходим для создания этой самой массы, вредит нашим иммунным функциям.

Вывод

Выше мы описали связь эволюции и статуса. Да, возможно, вышло несколько небрежно и грубо, но надеемся, информация была полезной для тебя. Стоит дополнить её тем, что детали этого процесса меняются в зависимости от вида и даже экологии в какой-нибудь конкретный промежуток времени.

Люди, естественно, наглядно демонстрируют свою озабоченность статусом. И есть, конечно, нюансы, которые отделяют нас от остального животного царства:

Во-первых, доминирование среди других животных, как правило, сводится к размеру и силе. Люди, тем временем, могут достигнуть статуса не через телесность, а через сотрудничество с другими представителями вида, проявление творчества, знание своей сферы, гениальность.

Во-вторых, люди не принадлежат к одной общине. Ты можешь быть «королём» в своём городе, но полным неудачником в другом. В этом отличительная особенность человека.