Выбор редакции: 5 книг, обязательных к ознакомлению

Рустам Собиров
Октябрь 01, 2019
8.6k
0
Культура
в избранное
Раз ты читаешь эту статью, значит, мы продолжаем наш совместный челлендж со стриминговым сервисом аудиокниг Storytel. Цель проста: доказать, что осилить пять книг за месяц реально, если слушать, а не читать. На этот раз мы решили поделиться с тобой излюбленными книгами сотрудников нашей редакции. Загвоздка лишь в том, что в итоге их собралось больше двадцати. Мы стиснули зубы и отобрали 5 самых достойных из них.

1. «Трое в лодке, не считая собаки», Джером Клапка Джером

Александр Суббота
Человек, способный продать ручку ДиКаприо, и просто красивый мужчина

Любимая книга моей юности, не потерявшая актуальности и сегодня, — «Трое в лодке, не считая собаки» Джекома К. Джерома. Это история о друзьях, решивших отправиться в путешествие по реке Темзе и попробовать на личном опыте все прелести походной жизни, не имея никакого опыта в сплаве, разбивании лагеря и даже разведении костра.

На протяжении всей повести автор вспоминает забавные житейские эпизоды из своей юности да и просто истории из взрослой жизни, как нельзя лучше описывающие природу человеческой глупости, упрямства и легкомыслия. Где-то на фоне неплохо прорисовывается портрет высшего света Англии.

Люблю это произведение прежде всего за смех. «Трое в лодке, не считая собаки» — это отличный пример классического английского юмора: странного, непонятного всем, кто живет за пределами острова, оттого и такого экзотичного.

Несмотря на то, что книга написана в 1889 году, она отлично ложится на аудиоформат. Интересный слог автора трансформируется в более живой формат повествования, схожий с рассказом истории. Произведение можно использовать в качестве инструкции, как не стоит делать.

Слушать книгу →

2. «Идиот», Федор Михайлович Достоевский

Дарья Харченко
Главный редактор Heroine, феминистка и верховная ведьма

«Идиот» Достоевского — мое самое любимое произведение. Это не школьный Достоевский, который только дразнит своими аморальными идеями, а трансформирующий через страдания. Отношения с литературой у меня очень сложные — никогда не могла переварить что-то терапевтическое, доброе, со счастливым концом. Достоевский же — настоящий хирург. Знает, как вскрыть язву.

В «Идиоте» рассказано о разрозненном обществе, недовольстве властью, об алчности, грехе и пороках (знакомо, да?) Это роман о России, которая разлагается в таком же гниющем мире. Персонажи здесь все без исключения с бездной внутри. У кого-то она весьма буквальная, у кого-то — экзистенциальная.

За что я люблю этот роман? Несомненно, за то, что это лучшее, что можно прочитать о людях, их слабостях, боли и душевном уродстве. Достоевский запустил руки в нутро, болезни которого уже не лечатся, но этим самым заставил ожить. Очень мрачное, тяжелое, но одновременно с этим удивительно красивое произведение. Я не раз возвращалась к этой книге и каждый раз находила то, чего не замечала прежде. Отчасти в этом помогла аудиоверсия: внимание сосредотачивалось не на словах и речевых конструкция, а на оттенках эмоций и чувств. «Идиота» нужно не только прочесть, но и дополнительно прослушать, чтобы найти ранее ускользнувшие смыслы.

Слушать книгу →

3. «Сто лет одиночества», Габриэль Гарсиа Маркес

Юлия Зайкова
Авторка высшего эшелона и главная по женской повестке

Я не верю в «необходимые для прочтения книги», поэтому расскажу просто о своей любимой. Если посреди вполне адекватного повествования начинает твориться какая-то ересь (героиня внезапно взлетает в небо и растворяется в воздухе; рожает младенца с поросячьим хвостиком, которого съедают муравьи; решает переспать с бродячим псом) – скорее всего, ты имеешь дело с магическим реализмом. «Сто лет одиночества» — эталон этого направления.

Ты запутаешься в бесконечном повторении одинаковых имен, не раз спросишь себя: «Что это за наркомания?», будешь шокирован многочисленными натуралистичными физиологическими подробностями, но вряд ли оторвешься от сумасшедшего динамичного сюжета. Может, ничего не поймешь, но точно что-то почувствуешь.

В книгах этого жанра много мифологии, экзотичных легенд, верований, культурных отсылок вперемежку с историческими событиями и философскими идеями. Такой коктейль здорово будоражит воображение, а это то, чего я жду от художественных произведений.

Если после этой книги ты не сойдешь с ума и даже захочешь еще, обрати внимание на «Шоколад на крутом кипятке» Лауры Эскивель и «Красота — это горе» Эки Курниавана. Такая литература способна вызвать привыкание и желание отдать ей каждую свободную минуту.

Слушать книгу →

4. «В дороге», Джек Керуак

Сергей Осипов
Знает про футбол и Rammstein больше, чем нужно любому здоровому человеку

Размышления о природе свободы человека и его предназначении, обернутые в обложку бесконечного динамичного трипа через всю на самом деле несвободную Страну свободы.

Хлесткая, местами грубая (но от этого не менее прекрасная), честная и правдивая проза о поисках себя в реалиях постоянно потерянного, разбитого мира. В ней каждый найдет что-то о себе и для себя.

Что примечательно, рукопись этого романа представляет собой 30-метровый свиток без каких-либо знаков препинания — непрекращающийся поток сознания человека, жившего и писавшего невероятно стремительно и искренне. Невероятный труд длиною практически во всю жизнь. Книга и есть сам автор, она пропитана им и его душой. Это и делает ее настолько затягивающей и близкой каждому, кто чувствует себя потерянным в этом огромном мире.

Слушать книгу →

5. «Хребты безумия», Говард Лавкрафт

Руслан Ермаков
Главный редактор и алкоголик, переживший падение всех метеоритов

По идее, хорроры должны вызывать страх, однако произведения Лавкрафта не столько пугают, сколько вселяют животный ужас, и в «Хребтах» это чувствуется в полной мере. Особенно жутко описаны чудовища (конкретно здесь это Старцы и шогготы, но речь обо всех в целом): они настолько непривычны и отвратительны, что поначалу тяжело нарисовать цельный образ в голове, однако когда это удаётся — становится не по себе от своего же воображения.

Отдельного внимания заслуживают гротескные изображения города Старцев и самих помещений. Опять же, приходится самому выстраивать всю картину у себя в голове, потому как в жизни подобного не встретишь. Сам Лавкрафт называл архитектуру в своих произведениях «циклопической» и «неевклидовой», предполагая, что строения существуют в нескольких измерениях и человек в принципе не способен их нормально воспринимать. Вот и попробуй вообразить поселение Старцев или Р’льех и не сойти с ума.

Ну и атмосфера. Она гнетёт, давит и заставляет чувствовать себя внутри настоящего леденящего душу (в прямом смысле) кошмара.

Прослушивание его книг в хорошем смысле усугубляет положение. Представь, ты не просто воображаешь всё это, вчитываясь в буквы, а воспринимаешь текст закрытыми глазами, погружаясь в полную тьму. Не зря лавкрафтовские ужасы выделены в отдельный жанр и ими до сих пор вдохновляется множество писателей, режиссёров, художников, сценаристов и геймдизайнеров по всему миру. «Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн!»

Слушать книгу →