Военная этика: позор, запреты и насилие. Часть V

Теодор Седин
Февраль 08, 2016
8.9k
3
Наука
в избранное

Атансьон!!!
Кто-то, прочитав статью, воскликнет: «А Украину не упомянули!!!» Так вот, в этой статье не будет ни слова про Украину. Потому как мы дорожим нервами наших читателей и считаем, что каждое мнение имеет право на существование. Потому пустых международных оскорблений здесь быть не должно. Всё было сказано. Любой, кто выразит поддержку действиям радикальных экстремистов и развязыванию войны, полетит в бан и к спецслужбам.

Возможно ли сочетание войны и этических соображений? Война как раз и отличается тем, что снимает ограничения, характерные для мирной жизни. Вместо запрета на убийство здесь, наоборот, разрешение на него. И чтобы это разрешение реализовать, солдат долго учат тому, как это делать, чтобы снять внутренние запреты, которые есть у каждого человека.
Наверное, она существует лишь в контексте общественного порицания, дебатов и нормативов. Так как во второй половине XX и в начале XXI века не обсуждали и не порицали никогда. Впрочем, у этой эпохи полно и других бед.

Безумные тенденции стыка миллениумов

XX век – квинтэссенция всех военных подлостей. Человечество даже после двух мировых войн не угомонилось и продолжает активно решать вопросы не как мама учила, с помощью слов, а с помощью оружия. А как иначе, сразу после войны начался бум независимостей, когда бывшие колонии показали фигу метрополиям и заявили о своей независимости. Революции, перевороты чаще всего сопровождались выстрелами, а их первые дни существования – кровавой баней, потому как свежие члены ООН всегда находят повод, чтобы разобраться с соседями. Начиная с территорий, заканчивая этническими чистками, как это было в бывшей страдалице Югославии, где соседи очень долго выясняли отношения друг с другом. Бывает хуже, когда новым странам без оружия не выжить, ибо тебе выделили землю, где больше тысячи лет жили мусульмане. Что делать? Твой народ наконец-то обрёл землю, не отказываться же? А что делать мусульманам? Обидно терять территории, на которых, к тому же, расположены твои святыни.

А иногда, проснувшись после обретения независимости, республики находили в своём составе странные регионы, которые, почуяв, что былой силы нет, начинали требовать независимости. Ты прекрасно понял, о ком идёт речь. Иногда странам не нравилось, что в их составе оказались непохожие субъекты. Субъектам это тоже не нравилось, и они хотели либо независимости, либо присоединиться к своим более крупным и родным соседям. Что делать? Конечно же, воевать. Вспомним Приднестровье, Южную Осетию с Абхазией, Карабах, Суданский Дарфур и, конечно же, югославов, куда уже без Республики Сербской, Сербской Краины. Всё это очень и очень грустно, и становится странно, что при ненавистных многим диктатурах они жили в относительной любви и согласии. Грустно, что без крови нельзя добиться спокойствия в регионе.

Несмотря на байки о защите прав человека, многочисленных социальных революциях, уравнивании прав женщин, чернокожих и социальных слоёв, мир как занимался геноцидом, как приводил к власти диктаторов и тоталитарные режимы, как вел захватнические войны, так и продолжает, потому что не всё так однозначно, а жестокости у человечества только прибавилось. Толпа идёт на зов крови за решительными лидерами, которые не боятся замарать руки. Сила, как и всегда, определяет всё.

Особенностью этой эпохи стали бесконечные войны и захваты стран с целью нанесения лошадиных доз демократии. Правда, сразу после победы почему-то забывают про демократию и начинают активно пользоваться стратегическим положением страны и ресурсами. Геополитика нынче определяет всё. Правда, иногда подобная колониальная политика приводила лишь к огромному скоплению жертв и моральному истощению народа, как во Вьетнаме и Афганистане. А в последние годы стала наблюдаться тенденция, когда обученные помощники колонизаторов организовывали собственные кружки наподобие ДАИШ, Аль-Каиды и начинали кошмарить весь мир.

Самое обидное, что демократов осуждает половина мира, даже свои граждане. Но войн меньше не становится. Об этом чуть ниже.

Терроризм

Основным феноменом нового времени безусловно стал терроризм – кошмарный способ достижения политических целей путём диверсий, шантажа жизнями заложников и нагнетания страха в обществе. Он был изобретён в незапамятные времена, но особую популярность получил в XX веке. Метод террора активно использовался во все времена как спецслужбами, так и разного рода фанатиками. А мотивация участников движения, их представления о ведении своей борьбы, допустимом и справедливом в этих действиях становятся отдельным феноменом.

У терроризма разные причины. Кто-то таким образом борется за независимость, как безбашенные ирландцы из ИРА, знойные баски из ЭТА, «Тигры освобождения Тамил-Илама из Цейлона» и «Соколы освобождения Курдистана», любящие устроить взрыв посреди Стамбула. А кто-то становится звёздами первых полос, убивая людей по религиозным соображениям. Про «Братьев-мусульман» и ИГИЛ (он же ДАИШ, он же лютый кошмар) говорить не нужно. То, что было нормальным в средние века, стало нормой в XXI веке.

Однако какой бы повод ни был у граждан террористов, их методы всегда приводят зачастую к намеренной гибели невинных людей. «Норд-Ост», теракт в Буденовске, 11 сентября – такого не должно происходить. Трусливый вызов, брошенный в адрес беззащитных людей, когда ты настолько никчёмен, не можешь убивать напрямую, тебе приходится действовать исподтишка.

Кто-то узреет в этом прочное сравнение с партизанской войной. В середине прошлого века многие решили внять заветам Ленина и Маркса и отправились в отряды бороздить джунгли, выматывать силы врага вылазками и вербовать народные массы. Однако не стоит путать партизанскую войну и терроризм: при схожих методах достижения цели разнятся весьма и весьма. Партизанская война – целенаправленное выпиливание военных сил противника путём постепенного обессиливания, пусть и со своей спецификой. Терроризм – попытка вызвать ужас у мирного населения и верхушки противника, навязывая ему свою политическую волю. Терроризм может как использоваться, так и не использоваться в рамках партизанской войны. А попытка сделать их синонимами не что иное, как месть американских властей дедушке Фиделю.

Но мы не будем рассказывать краткую историю терроризма, суть не в этом. Прежде всего проблема вооруженного противостояния террористам влечет за собой новые этические вопросы. Опыт войн США в Афганистане и появление тюрьмы для плененных террористов на базе Гуантанамо показывают, что статус попавших в плен участников террористических организаций практически не регулируется ни юридическими, ни этическими рамками. У них нет статуса военнопленных, они могут находиться в заключении бессрочно. Поэтому находятся люди, возмущенные бесконечными пытками (такими изощрёнными, как имитации утопления, лишение сна, воздействие громкой музыки) и нечеловеческими условиями содержания потенциальных террористов. И это слово – «потенциальных» – смущает больше всего.

Собственно, появление такой категории противника, как «террорист», вновь сделало пытки предметом этических дискуссий – прежде, даже если такие методы против пленных и применяли, об этом не считалось возможным говорить как о чем-то абсолютно недопустимом и незаконном.

В 1984 году Генеральная Ассамблея ООН все-таки определила, что есть «государственный терроризм». Это действия, направленные на свержение неприятных режимов в других странах. В соответствии с этим определением самыми главными террористами на планете являются президент США и премьер-министр Великобритании, а их спецслужбы и вооруженные силы – это как бы международные террористы, хотя в ООН имели в виду Ирак, в котором тюрьмы с роскошными пыточными были круглосуточно открыты для простого народа. Но им на эту Генеральную Ассамблею, конечно же, наплевать, потому что именно они решают, кто террорист, а кто борец с терроризмом.

Суть в том, что «борьба с терроризмом» и прочими дьяволами позволяет сделать абсолютно всё, что не разрешено по закону, например «найти и убить» или даже убивать в туалетах. В современном мире никто не воюет, кругом антитеррористические операции. Ну как им без терроризма? На 2014 год террористы убили 8138 человека за 45 лет, борцы с терроризмом – более миллиона. Терроризм – главный козел отпущения эпохи, причина большинства межнациональных войн последнего времени, виновник экономической и политической нестабильности. После такого начинаешь задумываться, что в истериях на тему «Государство само устраивает теракт! Башни-близнецы взорвал Буш, чтобы развязать войну и объединить нацию перед лицом врага, который был необходим для новых свершений» имеют под собой почву.

Безупречная кровожадность научного прогресса

Наука развивается, техника совершенствуется, оружие становится всё сволочнее, и некоторые задумались о том, насколько это человечно, убивать людей с помощью беспилотных аппаратов. Та «охота за террористами» при помощи дронов, которую американские спецслужбы проводили и проводят в разных отдаленных уголках земли, вновь поднимает вопрос, насколько «моральной» выглядит война, в которой управляющий дроном оператор, принимающий решение о нанесении смертельного удара, находится в заведомой безопасности. Разумеется, напрашивается вопрос: а какого черта мы должны быть сострадательными к мерзавцам, убивающим ни в чём неповинных людей совершенно подлыми методами? Нет, они не достойны жалости, и все эти разговоры, ведомые жадными гуманистами, как будто высосаны из пальца. Но этот вопрос рассматривается через ту же призму, что и изобретение лука, арбалета в средние века. Рыцарский этикет ушел в историю, ему на смену пришли права человека, но отношение к тем, кто пользуется «особенным» оружием, не изменилось. Во всяком случае, время от времени в американской прессе пишут о том, что специалисты, занимающиеся управлением дронов, чувствуют несколько пренебрежительное отношение к себе со стороны пилотов обычных самолетов. Отчасти это сильно влияет на популярность ремесла: почти так же непопулярно, как чистильщик канализации.

То же касается и использования роботов в военных целях. Некоторые выдвигают теорию, что убивать людей с помощью терминаторов нечестно, потому что использование роботов в войне снимает некоторые моральные предостережения. Ну не увидишь ты на экранах плачущих родителей робота, даже плачущего конструктора.

Но эти ситуации мало чем отличаются от вопросов, возникавших и раньше при появлении видов оружия, предоставляющих принципиально новые способы убивать. Артур Уилсон, командовавший в начале XX века британским Средиземноморским флотом, называл впервые вводимые в строй подводные лодки «коварным, бесчестным и чертовски неанглийским» оружием. А сколько критических стрел полетело (а некоторые до сих пор долетают) в адрес США за проклятого «Малыша», уничтожившего Хиросиму! Так что эволюция этической оценки войны продолжается вместе с эволюцией самих войн.

Кстати, о ядерном оружии, основном стимуляторе гонки вооружений середины прошлого века. Многие считают, что сам факт наличия в закромах некоторых стран оружия, которое одним махом может уничтожить миллионы людей, заслуживает порицания. Угрожающе трясти ядерными боеголовками перед мировой общественностью, как это делает Северная Корея и как любили США с Советским Союзом, не лучше, чем ударить по густонаселённому городу. Пугает ведь не само наличие, а то, что любые разговоры рано или поздно заканчиваются, и мир переходит к действию. Всевозможные договорённости и акты, призывающие ограничить его наличие, ни к чему не приводят. Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космосе и под водой, договор о нераспространении (который, к слову, подписали все, кроме Индии, Пакистана и Израиля) не привели к снижению количества этого самого оружия. Ядерное оружие – это превосходство, инструмент манипуляции. Члены «ядерного клуба», которые с умным видом говорят о гуманности и бесчеловечности испепеляющих ракет и бомб, сами по возвращении с саммитов отдают приказы об увеличении количества оружия. А как иначе, если даже у Швейцарии с Пакистаном и Израилем есть свои бомбы «на всякий случай, чтобы были».

Как гласит старая армейская мудрость, «тяжело в учении – легко в очаге поражения». Узреть своими глазами «Фоллаут» не хочется ровным счётом никому. Но, судя по тому, что час от часу в мире проще не становится, придётся. Угроза Третьей мировой – один из главных кошмаров человечества, которого боятся сами страны. Если бы не боялись, то «Холодная война» была бы значительно горячее.

Информационная война

Иногда, просыпаясь по утру, ты пытаешься понять, а чем твоё время отличается от жестокой древности? Ответ прост: наличием электричества и тем, что всё активно обсуждается. Слово нынче стало главным оружием, оно гораздо убийственнее пули и ядерной бомбы. А такой термин, как «информационная война», раздражает не хуже вражеских танков на границе.

Есть такое наблюдение, что во время молниеносных войн говорят только патриоты, а в длительных войнах слово получают пацифисты. Так было после знойных путешествий по Вьетнамским джунглям и Афганским горам. Народы так устали от нудных, выматывающих войн и тотального истощения людских резервов, что выкриков со временем стало всё больше и больше. В Америке дошло до многочисленных протестов. Недовольство высказывали и студенты, и хиппи, и простые жители, и негры, призывающие свою черную народную массу бороться за свободу на родине, а не во Вьетнаме. Даже после Ирака в стране наступил лютый кризис веры, кризис в политике и в идеологии. В обществе неминуемо поменялись взгляды, наступил раскол. И само собой, такая война приводит к экономическим неприятностям, вплоть до инфляции и безработицы. Нужна информационная подпитка, чтобы подсадить в мозги своих граждан мысль о том, что война справедлива. Зерно доверия пышным садом расцветает в головах под бесконечные патриотические и обличительные трели лысоватого человека с государственного канала.

Собственно «Холодная война» – это идеальный пример информационной победы одной сверхдержавы над другой. Если бы Союз не расшатывали изнутри, если бы могучие сваи светлых коммунистических заветов не подтачивались бобровыми зубами «мечты о свободной жизни», то жить ему и процветать. Ну, и да, Горбачёв виноват, хотя ещё в 84-м Андропов публично произнёс очень страшную для любого режима фразу: «Мы не знаем страну, в которой живем».

Вот два простых примера, которые говорят о колоссальной важности этой гадюки под названием «информационная война». Степень ее влияния – тема отдельных споров. Так, например, поражение американцев во Вьетнамской войне стало возможным благодаря телевидению, поскольку оно демонстрировало ужасы войны, которые были невыносимы для гражданского глаза.
А поражение России в Первой чеченской войне было связано с тем, что на экранах телевидения чеченские командиры рассказывали о своей борьбе за свободу Ичкерии. Читатель постарше может вспомнить, как хоронили Дудаева в 1996 году, называя его героем, достойным человеком, а его убийство – трусостью. Убит он был самонаводящейся ракетой во время телефонного разговора. Странно, но оплакивали президента Ичкерии не только сторонники, но и те, кто видел цинковые гробы со своими знакомыми внутри. Поэтому во всех странах с разной степенью «свободы слова» ситуацию предпочитают освещать «однобоко», не предоставляя другой стороне слова и не гнушаясь лютой пропагандой.

Во всех этих двух случаях в медиа возникает другая точка зрения, которая попадает в точку уязвимости аудитории. Достаточно сказать нужную информацию – и вуаля! – народная агрессия или, напротив, деморализация в кармане. А на самом деле – бесчеловечный инструмент лжи и манипуляции.
Кстати, в BBC есть правило, по которому нельзя транслировать прямую речь террористов. Чтобы его обойти, BBC переозвучивает такие цитаты. Зачем? Чтобы нейтрализовать тон, сместить акценты. Исчезают все локальные привязки, ибо все заменяется литературной нормой. Остается чистый контент.

Ты наверняка помнишь войну августа 2008-го. Все ведь помнят, что творилось не телеэкранах? Столкнулись два мира, в одном из которых в разжигании войны обвиняли Россию, а в другом – Грузию. При этом доводам запада можно было вполне поверить, знают шельмецы, как мозги пудрить.
А чуть раньше западу удалось уверить целый мир в том, что сербы плохие, а вырезающие целые семьи и громящие храмы на территории чужой, по сути, страны албанцы – несчастные мученики. В результате – бесчеловечные бомбардировки НАТО. Позже метод успешно практиковался на гордом бедуине Каддафи и не только.

Говоря простым языком, народ дурят. Тут напрашивается словцо покрепче, но воспитание не позволяет, нас будут читать дамы. Сейчас мы живем в эпоху информационных войн. Союз распался, но ничего не изменилось, мы по-прежнему одни против всего мира. Идёт война пропаганд, война дезинформацией. Все стороны дурят как своих, так и чужих. Пусть лучше так, чем открытая война. Как же не хочется воевать…

Цени мир, иначе у нашего будущего не будет смысла. Ибо мир уже начал заглядывать в пропасть, на дне которой бушует безжалостное адское пламя.