Культура
30 апреля, 2016

Кино по субботам #68

Пасха, Первомай, шашлык... а у нас на редкость эпичная подборочка фильмов.

Пасха, Первомай, шашлык! Это всё события внешнего мира, а у нас на редкость эпичная подборочка фильмов, и все непохожи друг на друга. Если что-то не понравится, значит дело в тебе.

1. Академия смерти (Napola – Elite für den Führer), 2004

Замечательный военно-исторический фильм об атмосфере, царящей в закрытом специализированном учебном заведении Третьего рейха – учреждении, готовящем будущую элиту общества Великой Германии. Да, мы не были в этих специализированных учреждениях и с точностью утверждать не можем. Однако режиссер сделал все, чтобы мы поверили в достоверность происходящего.

В этом заведении происходит нежная дружба между двумя разными пареньками: талантливым боксером, который приходит в школу по воле отца рабочего, потому как иного шанса выбиться в люди может и не быть, и тонким хрупким юношей, до омерзения чувствительным, поступившим в академию исключительно привилегий ради.

Кто-то узрел в отношении парней гомосексуальный подтекст, что в общем-то быть могло, но никак не афишировалось, потому как к гомосексуалистам относились с убийственным омерзением. Однако, вероятнее всего, это простая человеческая тяга двух людей, зажатых в тиски железной машины, и о том, как эта машина рушит судьбы.

Фильм служит лучшей профилактикой нацизма: никакой пропаганды тут нет и в помине. Просто немцы, до сих пор испытывающие чувство стыда за подобную страницу истории, хотели в очередной раз показать что социал-демократическая машина ломала людей, не давая появиться новым Гёте, Гегелям, Ницше, Кантам и Вагнерам. Это попытка в очередной раз напомнить, что при кровавых режимах у простых людей чаще всего нет выбора и нет сил бороться.

2. 30 дней ночи (30 Days of Night), 2007

На повестке дня недостойное поведение аляскинских вампиров в долгую полярную ночь. Поганые кровососы, которые назойливее и крупнее таёжных комаров, пытаются вернуть себе былое величие и нагнать страху на свободных от гемофилии товарищей. На борьбу с сосущими гадами встал упрямый шериф северного городка в исполнении Джоша Харнетта и какая-то бабёнка, застрявшая в полярных долбенях.

Несмотря на банальность сюжета, фильм отменно проработан, особенно радует глаз всё, что касается атмосферы снежной Хацапетовки. Да и сценарий не подкачал. Ты знаешь, что в конце придут вампиры, но в преддверии «Вальпургиевой ночи» серия мелких преступлений с последующей порчей городского имущества выглядит весьма интересной. Ну а сама кульминация мрачная, кровавая и мистическая, словно канал «ТВ-3».

3. Это безумный, безумный, безумный, безумный мир (It’s a Mad, Mad, Mad, Mad World), 1963

Кинолента крайней степени величия и гениальности. В своё время Эльдар Александрович Рязанов на тему этого фильма снял своеобразный и очень самобытный ремейк – «Невероятные приключения итальянцев в России». Если бы все ремейки были настолько хороши… У него есть ещё один ремейк под названием «Крысиные бега». Комедия славная, очень весёлая, но если сравнивать её с оригиналом, то можно заметить, что вместо пердильных шуток фильм 63-го года пышет остроумием. Он долгий, но не утомляет, он смешной, потому что абсолютно правдивый. Смотришь, на что готовы малознакомые люди ради халявного золота, и понимаешь, что мы действительно живём в каком-то совершенно безумном мире.

Кроме всего прочего, эта критика человеческой жадности и злободневных проблем отменно снята. В кадре творится абсурд, мимо проходят персонажи с говорящими фамилиями (вроде полицейского Coolpepper, что дословно переводится как «Крутой перец»), и ты не замечаешь, что фильм был снят 53 года назад. Потому что юмор в картине на века.

Кстати, о юморе. Михаил Николаевич Задорнов в своё время выпустил книжку под названием «Этот безумный, безумный, безумный мир». Вроде и не прикопаешься: на одно слово «безумный» меньше и не «это», а «этот», и все равно одна дочерняя компания голливудской фирмы из Техаса прицепилась к названию. Даже пригласили в американский суд. Что на это сказал дядя Миша, догадайся сам.

4. Бразилия (Brazil), 1985

Парень, который рисовал картинки и анимацию к обожаемому «Монти Пайтону», к середине 80-х выбился в число самых непохожих и оригинальных режиссеров. Это потом будет ставший классикой наркоманский приход в оболочке «Страха и ненависти в Лас-Вегасе» и путешествия по кучевым облакам нереальности в «Воображариуме доктора Парнаса», а пока что картина, которая удивила, взволновала и заставила говорить о себе многих.

1985 год – лучшее время для глубоких философских притч о том, какое будущее может ждать человечество, если оно сегодня, сейчас, не искоренит в себе жестокость, алчность и властолюбие. Все устали от брутальных героев, слезливых мелодрам и фильмов про будущее, снятых в жанре фантастический триллер. Нужно было привнести в и без того интересную историю чего-то такого, что всколыхнёт общество. И парень из «Монти Пайтона», рисовавший стотонную гирю, падающую с неба, и голые ноги Господа Бога, впрыснул в картину столько сюрреализма, сколько, если цитировать дедушку Борю, унесёшь. Собственно, из-за этого сюра нет смысла пересказывать сюжет, лучше посмотри на гения Терри Гиллиама, на прекрасную игру Де Ниро, на нарисованный уродливый и пугающий мир возможного будущего, послушай оригинальное музыкальное сопровождение, и ты поймёшь, почему эта гениальная кинолента не цитируется и не восхваляется, как «1984» Оруэлла.

Кстати, в фильме нет ни слова о Бразилии. Просто в фильме звучит одноименная песня. В Америке в 60-е годы эта песня, образ Рио-де-Жанейро – все это ассоциировалось с романтичными представлениями того времени, с мечтой о потерянном рае. Гиллиам хотел показать, что человек, который живет в авторитарной, жестокой стране, слушает эту песню и хочет сбежать из этого мира в свою цветущую Бразилию. Однажды режиссер даже подошёл к послу Бразилии в Англии и спросил: «А почему вы назвали свою страну в честь моего фильма?»

5. Иисус Христос – Суперзвезда (Jesus Christ Superstar), 1973

Да-да, завтра Пасха, и поэтому мы советуем сей фильм, как иначе. Вовсе не потому, что этот мюзикл – самое гениальное творение жанра, с которым может сравниться разве что оригинальный, самый первый состав «Собора Парижской Богоматери». Не потому, что написанные к нему песни настолько шикарны, что казалось писались по наитию самого Господа Бога, дабы позлить своих зарвавшихся слуг, скрывающих преступления за пеленой преданной службы Всевышнему. Не зря выдающийся бродвейский мюзикл решили экранизировать, слава Богу, сохранив всех бродвейских актёров его исполнявших. Мюррея Хэда, игравшего Иуду заменили, политкорректности ради, чернокожим актёром, но голос менять не стали, ибо преступление.

Мы видим не совсем ту историю, что описана в Завете, и нечто отличающееся от мюзикла. Сама идея создать нарочито искусственную обстановку, где главные герои – актеры, приезжающие на автобусе в пустыню со всеми этими ненастоящими копьями, автоматами, танками вместо фаланг, балахонами вместе со штанами хиппи, производят сильное впечатление. Режиссер делает акцент не на библейском сюжете, а подчеркивает то, что пытались донести авторы мюзикла – эти два мудреца, которые знают чуточку больше, чем мы все: Иисус-то был обычным человеком. Но в остальном фильм не отступает от библейского сюжета, кроме, разве что, сцены, где Иуда внезапно воскресает и учит Христа жить.

Главную роль играет Тед Нили, с которым Сын Божий поделился своей силой, иначе объяснить, как в возрасте 72 лет он умудряется брать ноты, которые брал в 30, невозможно. Его луженая глотка зарекомендовала себя ещё в мюзикле, где он исполнял ту же самую роль. Но если раньше многие имели возможность насладиться разве что его музыкальным гением, то благодаря фильму они получили возможность оценить актёрский талант. Те, кто желал увидеть в фильме вокалиста Deep Purple Яна Гиллана, извиняйте, он дал Иисусу свой голос только в альбомной версии. Как символично, алкаш и марихуанщик поют голосом Спасителя. Но как он это делает – мурашки по коже.

И всё-таки главной силой картины являются его песни. Тексты Тима Райса и музыка Ллойда Уэббера. Благодаря ним розовые майки, поющие Иуда с Иисусом и нарочитая убогость декораций отходят на второй план. Хотя по-настоящему вызывающим фильм перестал считаться после выхода «Страстей Христовых». Иуда, который по сути является главным персонажем всего мюзикла и считается самым здравомыслящим среди всех апостолов, неустанно критикует Иисуса за вышедшие из-под контроля события. Самому здравомыслящему и адекватному соратнику не нравится, что в начале своей деятельности Иисус считал себя просто человеком и не выдавал себя за Бога, а затем перестал сопротивляться мнению толпы.

«And all the good you’ve done
Will soon be swept away.
You’ve begun to matter more
Than the things you say»

(И то добро, которое ты сделал,
Будет скоро уничтожено.
Ты сам стал значить больше,
Чем то, что ты говоришь.)

А ещё он не может взять в толк, за что наделённый пророческим даром Иисус пригласил его, Иуду, на роль проклятого на все времена. «Зачем ты избрал меня для своего кровавого преступления?» – говорит Иуда прямым текстом. Это не трусость, это здравый смысл: «Если хочешь сохранить свой народ, поскорей тогда захлопни свой род» («Heaven on their minds»).

Да и сам Иисус упрекает Отца за кровавый итог своей деятельности. Об этом – в сносящей напрочь арии в Гефсиманском саду.

«Почему я должен умирать?
Неужели я стану более заметным,
Чем прежде?
Будут ли мои слова и поступки
Теперь что-либо значить?»

Мы видим простых людей, отчего вся сочинённая Уэббером и Райсом история кажется логичной и великой.

ДРУГИЕ СТАТЬИ ПО ТЕМАМ: