Герои

Харви Кейтель:
человек, который решает проблемы

  • 7635
  • 1
  • Теодор Седин

В списках "актёров, у которых нет "Оскара", постоянно указывают Джима Керри, Леонардо ди Каприо, Уилла Смита, скоро Роба Шнайдера включат. И забывают, что есть действительно кинематографические глыбы вроде Харви Кейтеля, которые на самом деле заслуживают его больше. Действительно великий актёр, в котором мужества не меньше, чем у 300 реально существовавших спартанцев, и куда больше, чем у 300 киношных бодибилдеров (при всём уважении к Джерарду Батлеру). А главное, у него есть актёрский талант и харизма, о которой не грех порассуждать.

Начало

Ещё до того, как научиться нормально разговаривать, маленький Харви знал, как пишутся два слова – "Poland" (Польша) и "Romania" (Румыния). Родители прилагали все усилия, чтобы чадо не забыло, откуда его корни. А забыть было трудно. В том Бруклинском квартале, откуда он родом, было немало еврейских выходцев из восточной Европы, таких же наглых и хамоватых неудачников, как и сам Харви. Те улицы, на которых он вырос, войдут в атмосферу "Злых улиц" и "Таксиста". А пока представить, что из Кейтеля вырастет что-то путное, было весьма проблематично. Обыкновенный нищий неудачник, исключённый из школы и лишённый на первый взгляд вообще каких-либо талантов. Для таких, как он, существовало 2 пути – в тюрьму или в армию. Харви выбрал второе, потому как в те далёкие времена, в 50-е, морские пехотинцы всё ещё вызывали восторженные вздохи у женщин и уважение у мужчин. Это была гордость страны, элита. Кто знает, вдруг и у Харви получится с помощью ружья и мунштры выбиться в люди? Не получилось. 3 годы службы в Ливане научили его дисциплине, запомнились лишением девственности в одном из вшивых борделей с женщиной, своими формами напоминавшей ребенка, и на годы вперёд отвратили любое желание служить.

Нас было трое – я и двое моих тогдашних лучших друзей. Трое молодых людей, искавших себя, искавших своих героев, пытавшихся стать героями для самих себя. У Диккенса в «Дэвиде Копперфильде» есть замечательная фраза: «Стану ли я героем повествования о своей собственной жизни, или это место займет кто-либо другой – должны показать эти страницы». В морской пехоте произошло мое первое знакомство с законами мифа. Первый урок я получил на занятиях по ночному бою: учебный лагерь на Пэрис-Айленде, мы, сотни новобранцев, сбились в кучу, и вот инструктор говорит: «Вы боитесь темноты, потому что боитесь того, чего не знаете. Я научу вас, как узнать темноту». Глубокая мысль.

Прибыв на родину, он по-прежнему не знал, чем заняться. Работая продавцом обуви, он, как и многие его коллеги с подобным хрестоматийным началом, посещал кино. Впрочем, страсть к лицедейству была у него с малых лет.

Когда люди вроде Джеймса Дина и Марлона Брандо начинали свою карьеру, я был подростком. Взросление – нелегкое дело, и мы ищем героев, которые провели бы нас через этот сумрачный лес. То, что делали эти актеры, а также Казан и Кассаветес, являло собой отчаянную попытку выстоять под тяжестью бытия. Меня и моих друзей это подбадривало, вселяло надежду.

Первые шаги в кино

И вот, натянув клетчатые штаны, сшитые им собственноручно на маминой швейной машинке, он отправился постигать актёрское мастерство в святая святых американской актёрской среды – в школу Ли Страсберга и Стеллы Адлер – легендарную, верную Станиславскому и Михаилу Чехову актерскую студию, которую также окончили Пол Ньюмен, Аль Пачино, Марлон Брандо, Дастин Хоффман, Роберт Де Ниро, Джейн Фонда. Собственно, весь белый свет актёрского мира. Там Харви избавился от главного своего минуса – природной застенчивости, которая не давала мускулистому детине (годы службы не прошли даром) полностью раскрыться. Хотя позже признавался, что никуда его скромность не делась, просто, видимо, научился лицедействовать.

Только вот лицедействовать было особо негде. Карьера не строилась. Он играл в непопулярном экспериментальном театре, на Бродвей прорваться, увы, не получилось. Тогда лицо Кейтеля не приобрело то фирменное печально-хмурое выражение, которым он убеждал даже самого последнего циника в своей актёрской состоятельности. А его дебют – студенческая работа "Кто стучится в мою дверь?" растянулся на долгие 5 лет и превратился из студенческой работы в полнометражный фильм.

А вот и Скорсезе

Работы не было, тщеславие не было удовлетворено. Пришлось устроиться на подработку стенографистом в суде на целые десять лет! Харви записывал исповеди обитателей общественного дна – маньяков, убийц, насильников. Их лица всплывут в памяти актера, когда он будет воплощать на экране сотни злодейских образов: от плохого лейтенанта из одноименного фильма Абеля Феррары и продажного копа в "Полицейских" до Сатаны в "Маленьком Никки" и Иуды в "Последнем искушении Христа". Но всё это будет потом, а пока нужно было дождаться главной встречи своей жизни.

Всё произошло очень спонтанно, с прочтения объявления: "Выпускник киношколы ищет актеров для дипломного фильма". Так начались сотрудничество и дружба с Мартином Скорсезе. Началось с "грязных улиц", где ему выпало играть итальянца. Есть такая особенность у американских режиссёров итальянского происхождения – снимать фильмы про своих "соплеменников".

Я вырос в Бруклине, учился в школе на Кони-Айленде, и друзья у меня были самые разные – настоящая плавильная печь. Не важно, что меня воспитывали в еврейских традициях, а Марти – в духе католицизма, религиозная принадлежность не влияла на наше место в обществе.

Потом была роль ковбоя в фильме «Алиса здесь больше не живет», за которую он получил денег меньше, чем любой актёр эпизода. Просто очень нужны были деньги. А потом – легендарная роль сутенёра в эпохально-грязной повести о пороках людских "Таксист". Изначально предполагалась роль парня из штаба предвыборной кампании – у сутенера было всего пять строк текста. В сценарии он подавался одной строчкой: «Итальянец, стоящий в дверях». Но в те времена Кейтель еще жил в районе, где работали сутенеры, так что каждый день он имел удовольствие наблюдать за их тяжёлым трудом. Кейтель задружил с одним из "надзирателей", который просвещал его в жизнь сутенеров. Недели две они занимались импровизациями, а потом продемонстрировали это дело Скорсезе. Режиссёру понравилось, и он решил сделать еще одну сцену.
Возможно, самой спорной их совместной работой было отвергнутое критиками "Последнее искушение Христа", где Харви сыграл Иуду. Тоже не лучшая его роль.

Новый виток и Тарантино

В 80-х был странный период в жизни Кейтеля. Он так и не стал кассовым актёром, и в Голливуд его не приглашали. Зато на других континентах отрывали с руками. Риддли Скотт снял с ним "Бэгси" – кино про гангстера, единственная роль, за которую его номинировали на "Оскар". Но, увы, награду он так и не получил. Также Кейтель снялся у Тэо Ангелопулоса, Бертрана Тавернье. Это приносило ему уважение, но не славу. Славу всемирную ему принесла встреча с другим режиссёром. Назойливый продавец видеопроката буквально ходил за ним по пятам, с восторженностью безумца впихивая ему свой сценарий. Парень был похож на психа, но что-то в нём было. Звали того парня Квентин Тарантино. Фильм назывался "Бешеные псы", и кто бы что ни говорил, но это тот фильм, за который ты полюбил Харви.

Я прочел сценарий и так загорелся, что позвонил продюсеру Лоуренсу Бендеру и сказал, что хочу сниматься в фильме. Квентин прочил мне роль мистера Уайта, и после трех месяцев раздумий я согласился. Я дал им денег – какую-то смешную сумму – на поездку в Нью-Йорк, так как хотел, чтобы они посмотрели нью-йоркских актеров. После просмотров они милостиво решили упомянуть меня в титрах в качестве сопродюсера.

Вот тут и проявилось всё, за что мы любим Кейтеля: взгляд, сдержанные эмоции, непоказное отчаяние героя. Мистер Уайт запомнился отнюдь не благодаря своему трюку с зажигалкой, а благодаря игре, хотя весь ансамбль был бесподобен, а за их отношения с Тимом Ротом (он же Мистер Оранж) ты переживал больше, чем за свои.

Кейтель сыграл множество ролей. Чаще всего он играл людей, которые находились с той или иной стороны закона. Мерзавцы, ублюдки, полицейские и ублюдочные полицейские стали его коньком. Вспомнить хотя бы "Плохого лейтенанта". Роль ублюдка, прикрывающегося законом и при этом ищущего спасение, по праву считается одной из лучших в его карьере. Таким правдоподобно обдолбаным не был даже Курт Кобейн. Надо признать, у Харви были проблемы с алкоголем и наркотиками, но у кого их не было, чёрт возьми.

А вот самую необычную роль даровал ему всё тот же Тарантино, уже в "Криминальном чтиве". Роль – "человек, который решает проблемы", Уинстон Вулф. Милый, приятный европеец, посланный Марселосом Уоллисом, чтобы избавить от проблем, а по факту переодеть и отмыть героев Джексона и Траволты. Но сделано это было блестяще. В свое время Тарантино спас карьеры погрязшего в наркоте Джексона и Потерявшего уважение в индустрии Траволты. Про их отношения с Кейтелем можно сказать, что он показал Голливуду талант, который они не желали рассматривать, даже несмотря на признание в Европе. Сейчас он будет благодарить Харви в "Нелепой шестерке", которая выйдет в этом году.

Сейчас Кейтель – признанная величина, глыба, которая снимается в умных фильмах. Например, умиляет в "Молодости" Сорентино. На него приятно смотреть и вдвойне приятно, что его уважают. В жизни это очень мудрый, очень начитанный и высококультурный человек, пусть тебя не вводят в заблуждение его роли. А лучше посмотри "Пианино", чтобы понять, каков он на самом деле.